О жизни, об искусстве и о себе

О советской системе поощрений

В Советском Союзе художнику жилось не так уж плохо. При республиканском Союзе функционировал Художественный фонд УССР, на балансе которого находились художественные салоны, дома творчества, но главное — Фонд располагал мощной производственной базой. Его оборот составлял порядка 10 миллионов советских рублей в год. Член союза, выполняя социальные заказы или выставляя свои картины в художественном салоне, могли рассчитывать на гарантированный заработок. Государство, в котором жили и для которой творили художники, закупало их работы на республиканских и всесоюзных выставках, и платило за них довольно щедро.

Дважды в год (весной и осенью) практиковались творческие командировки художников. В свое время я участвовал в пяти таких поездках. Впервые — весной 1977 года в составе всесоюзной группы акварелистов по городам-героям Черноморья (Одесса, Керчь с отчетной выставкой в Севастополе накануне 9 Мая). Следующие группы — "По Архангельской губернии", "Камчатка", "Вологодчина", Северная Осетия ". Неизменно в группу входили представители 15 союзных республик — всего 27 человек. Не знаю, кто определил это число, но оно оставалось постоянным.

Во время творческой командировки на Соловки. Алексей Петренко на борту теплохода «Татария»

Как правило, кандидатуры отбирались на всесоюзных художественных выставках. Для лучших авторов были предусмотрены три вида поощрения:

Первое поощрение — договор с художником на приобретение шести работ, которые он должен был написать до следующей всесоюзной выставки. Если художественный совет эти картины принимал, договор закрывался и художник получал по шестьсот рублей за каждую работу.

Второе поощрение — отбор и покупка одной картины непосредственно на выставке (лучшие работы определяла назначенная Москвой приемная комиссия, в состав которой входили художественный руководитель, директор, староста и рядовые члены).

Третье поощрение как награда за лучшую работу — творческая командировка в составе всесоюзной творческой группы. Я считался уже «ветераном», поскольку начиная с 1977 года пять лет подряд был единственным представителем Украины в составе таких групп.

Командировка продолжалась 40 дней: первые 20 мы собирали материал, затем еще 20 дней писали картины в гостинице, готовясь к выставке.

Алексей Петренко в составе творческой группы художников. Камчатка. Конец 1970-х годов.

Что касается картин, которые мы рисовали во время таких командировок, то сначала они экспонировались на тематической выставке, после этого их отправляли в Москву, а уже оттуда рассылали по республиканских отделениях Союза художников СССР, где художники могли их забрать и распорядиться по своему усмотрению.

Кроме Союза художников и Министерства культуры, много моих работ приобрели  через художественный салон частные лица, особенно выезжающие за границу - в Израиль, Австралию, Францию.

О руках художника

Должен ли художник беречь свои руки? Безусловно. Но когда-то давно я прочитал воспоминания Евгения Кацмана, который в 1926 году вместе с Бродским, Радимовым и Григорьевым посетил Репина в Куоккала. Илья Ефимович протянул руку для рукопожатия, а она была совсем высохшей... Как известно, через постоянные перегрузки у знаменитого живописца начала болеть, а потом совсем отказала правая рука, и он научился писать картины левой.

Что касается меня самого... Для художника одинаково важны и острый глаз, и умелая рука. Но, пожалуй, все же самое главное — чуткое сердце...  Сегодня  у меня уже не очень хорошее зрение и я остался практически без рук, но продолжаю писать. И смею предположить, что делаю это не хуже, чем в молодые годы.

Руки же я погубил, когда строил свой дом. Поскольку кирпич, шифер, другие материалы закупал только за средства, вырученные от продажи картин, в целом строительство продолжалось 40 лет.

Ситуацию осложнило то, что мне очень хотелось вернуться в тот двор, где я родился и где стоял отцовский дом. Земля здесь была вся потревожена — только засыпанных погребов мы насчитали пять штук. Вдвоем со свояком копали траншеи, в которые затем насыпали песчаную подушку и бетонировали. Смесь из воды, песка, цемента и гравия готовили вручную:  бетономешалка стоила денег, которых и так не хватало. В результате я остался практически без рук. Дорого мне дался этот дом, но если бы его сегодня не было, даже не знаю, что было бы со мной и где бы я был...

О современном искусстве

Я протестую против залитых формальдегидом коровьих голов; протестую против голого короля, выставляемого сегодня в арт-центрах так называемого современного искусства.

Мы это уже проходили. Лет сто назад Николай Пунин уже призвал "взорвать, разрушить, стереть с лица земли старые художественные формы", а его друг Казимир Малевич утверждал: "Мне ржавая гайка с сорванное резьбой дороже собора Василия Блаженного". Мол, уже пора "отбросить Грецию", "сжечь в крематории остатки греков".

Им вторили поэты-футуристы, требуя "бросить Пушкина, Достоевского, Толстого и проч. и проч. с Парахода современности".

Появились творческие группы художников-авангардистов вроде "Голубой розы", "Ослинного хвоста", "Бубнового валета". Кстати, последний основали по-настоящему мощные художники: Петр Кончаловский (зять Василия Сурикова), Михаил Ларионов, Аристарх Лентулов. Но в конце концов Лентулов обратился к товарищам: "Хватит, пора возвращаться к Шишкину".

Я убежден: чистое, классическое искусство будет жить до тех пор, пока в мире будут существовать краски. От него никуда не деться.

О вдохновении и шестом чувстве

По духу я мистик. Сам чувствую какую-то тайну в работах. Иногда меня спрашивают: почему картина выполнена в такой неожиданной цветовой гамме, или почему такая необычная композиция? Я не знаю, что ответить. Идея приходит сама. Вдруг рождается какое-то ощущение: я буду это делать. Что-то подсказывает остановить свое внимание именно на том или ином пейзаже, той или иной теме. Это нельзя объяснить...

А бывает, уже начну работу, а через некоторое время смотрю на почти готовую картину и понимаю: так не пойдет, этого не может быть. Беру мастихин и снимаю всю краску.

Иногда хочется записать какую-то старую работу, даже ту, которая уже побывала на выставках. Неожиданно приходит мысль, что красочный слой надо прошкурить, покрыть олифой и по нему написать другую картину. В большинстве случаев новая работа оказывается очень удачной.

Вот сейчас рисую работу, посвященную Мархалевке. Меня ничто не отвлекает и не  сбивает, ничто отрицательное не вмешивается в мои действия. Я не захочу и не смогу отказаться от этой картины, буду идти до конца. И чувствую, что это будет хорошая работа.

О творческих планах

Ни с кем своими проектами не делюсь, равно как и для себя не намечаю больших программ. Потому что если хочешь рассмешить Бога — расскажи ему о своих планах.

Задолго до нас об этом очень точно сказал Сенека: "Бессмысленно строить планы на всю жизнь, не будучи обладателем даже завтрашнего дня".

О секрете молодости

Уже 31 год я не курю и не употребляю спиртного. В один день бросил пить и курить. А выпивал как все художники (наш брат нередко грешит излишней рюмкой), но проснулся однажды утром и сказал себе: хватит.

Придерживаюсь постов согласно православному календарю, но делаю это не из религиозных убеждений. Приучение себя к аскетизму - это один из способов пребывать в хорошей физической и психической форме.

Уже 31 год каждое утро делаю физзарядку, состоящую из 15 упражнений (семь — свободных без снаряда, три со снарядом и пять с гантелями). Некторые упражнения выполняю по 37 раз, остальные — по 57. За основу взял комплекс физических упражнений моряков, освоенный мной во время службы на флоте. Кроме того, с наступлением весны и до поздней осени по утрам выхожу на улицу и обливаюсь холодной водой.

Ежедневно я в Бога добываю в борьбе (или выпрашиваю) возможность сделать эту зарядку. Это как Божья помощь, дающая мне стимул на целый день. Не знаю, возможно завтра меня не станет, поэтому планировать ничего не хочу, но сегодня думаю, что до конца дня проживу нормально с Божьей помощью.

При этом я не осуждаю тех, кто никакой зарядки не делает; как и тех, кто за праздничным столом сидит рядом со мной с рюмкой водки или бокалом вина. Но я считаю: если человек прожил 40 лет, пора ему задуматься, как будет жить дальше и что будет делать, чтобы не спотыкаться и не корчиться от болезней, а встретить свою старость в хорошей физической форме и никому не быть обузой. Своим же детям я сказал: не знаю, будет ли на это Божье разрешение, но мне хотелось бы побыть с вами как можно дольше, чтобы многим еще вам помочь.

О сакральной архитектуре

Когда еду по Черниговщине и в той или иной стороне через поле вижу дальнюю деревню, где, как сказал поэт: "Среди дубравы блестит крестами храм пятиглавый с колоколами", то готов остановить автобус, кинуть все и идти рисовать церковь. Какая-то сила меня тянет туда.

О святом хлебе

У нас дома практически ежедневно слышен запах свежей выпечки. Это настоящий дух Афона. Мой сын, Алексей Петренко-младший привез закваску со святой горы, и с тех пор выпекаем черный и белый хлеб, а также различную сдобу только с афонской бездрожжевой закваски.

О воспитании детей

Я горжусь своими сыновьями — Алексеем и Богданом. Не буду обманывать и говорить, что для их воспитания применял какую-то особую методику. Я не педагог.

На горе Афон уже сорок лет живет старец, папа Янис, и когда его спрашивают о воспитании детей, он отвечает: воспитывать не надо, их Божья мать воспитает, а вы (родители) показывайте свой пример. И еще одна его фраза запомнилась: меньше разговаривайте с детьми о Боге, больше разговаривайте с Богом о детях.

Об украинском и других языках

Любіть Україну, як сонце, любіть,

як вітер, і трави, і води…

В годину щасливу і в радості мить,

Любіть у годину негоди.

Любіть Україну у сні й наяву,

вишневу свою Україну,

красу її, вічно живу і нову,

і мову її солов’їну...

Любіть у труді, у коханні, в бою,

як пісню, що лине зорею…

Всім серцем любіть Україну свою —

і вічні ми будемо з нею!

Эти стихи Владимира Сосюры — мой девиз.

Когда-то я говорил исключительно на русском языке. Но в начале 1991 года в сознании произошел переворот. Случилось это на праздновании 80-летия Ивана Макаровича Гончара. Вечер-концерт состоялся в актовом зале Союза художников Украины. Чествовали человека, посвятившего всю свою жизнь сохранению и развитию национальной украинской культуры —все мои друзья-художники пришли в вышитых рубашках, на сцене происходило действо с Рождественской Козой, Смертью и другими ряжеными персонажами (юбилей отмечали сразу после Нового года) . Это было что-то невероятное: я слушал наши украинские песни и на глазах выступали слезы.

После этого события я начал говорить на украинском языке, но и русский не отвергаю. Люблю Пушкина. А когда-то в аэропорту "Архангельск" мне подарили книгу Николая Рубцова.

Тихая моя родина!

Ивы, река, соловьи...

Мать моя здесь похоронена

В детские годы мои...

- Где тут погост? Вы не видели?

Сам я найти не могу. -

Тихо ответили жители:

- Это на том берегу.

Тихо ответили жители,

Тихо проехал обоз.

Купол церковной обители

Яркой травою зарос...

Тина теперь и болотина

Там, где купаться любил...

Тихая моя родина,

Я ничего не забыл.

Разве можно это выбросить? Разве это можно обойти? Мое сердце щемит, когда я читаю эти слова.

Или:

Дремлет на стене моей

Ивы кружевная тень.

Завтра у меня под ней

Будет хлопотливый день!

Буду поливать цветы,

Думать о своей судьбе,

Буду до ночной звезды

Лодку мастерить себе...  

Я призываю всех, и украинский, и русских, быть националистами. Все пусть любят свою родину, но чтобы мы все друг другу не мешали.

Помните, как у Тараса Шевченко: «И чужому учитесь, и своего не отвергайте».

В то же время, украинский народ имеет все основания для формирования своей культуры, потому что «в своем доме своя и правда, и сила, и воля». А «кто мать забывает, того Бог наказывает», Поэтому не отказываемся от родного языка, родной культуры, своей истории.