Краски — как жизнь

Есть люди, встреча с которыми одаривает тебя радостью так же, как солнечный день — светом и теплом. И понять причину этой радости совсем не просто, хотя явственно чувствуешь в себе и радость, и свет, и тепло.

Петр Захарович Емец — самодеятельный художник. Он не оканчивал специального учебного заведения, в котором бы его учили рисовать, понимать законы красоты и изобразительного искусства. Художник высшей творческой квалификации — это звание ему присвоили исключительно за любовь, трудолюбие и неугасимое желание рисовать, рисовать, рисовать.

Нельзя сказать, что у Емца ни было учителей, почитателей, критиков. Все было, и есть, как у каждого художника.

Будучи еще совсем ребенком, он нарисовал своего друга-ровесника, жившего по соседству. Настолько похожим и симпатичным получился тот мальчуган, что и самому Пете портрет очень понравился, даже засмеялся от радости. Сразу же и подарил рисунок своему «герою». С тех пор прошло много лет, но он и сегодня также легко и радостно дарит свои работы людям.

Своим первым наставником Емец считает Степана Илларионовича Вовка, председателя колхоза в его родном селе Большая Вовнянка Таращанского района.

Человек тонкой и щедрой души, он приласкал мальчишку, росшего без отца, поддержал его желание рисовать. Нет, он не мог научить Петю работать карандашом или кистью, но учил видеть мир красивым и гармоничным, щедрым и сложным. В итоге мальчишка начал украшать, оформлять в селе всё, что просили — местные жители считали его своим сельским художником.

А подрос Петр — сел на трактор и пахал так же умело, как и его односельчане. И рисовал, рисовал, рисовал.

Когда в Володарке организовывалась художественно-оформительская мастерская, он, наконец, сделал выбор: теперь рисование превратилось в его профессию.

Петр Захарович с семьей переехал в Володарку. Своими руками, с любовью построил дом. «Узнаете его сразу — таких в Володарке больше нет», — говорили мне люди, когда я расспрашивала дорогу к Емцам. Оригинальная планировка, не говоря уже об украшении дома, ориентир при этом на удобство, функциональность жилья — это тоже его творчество. «Представляете, вот эти широкие двери можно так открыть, что получится одна большая комната, как во дворце — светло, просторно», — радостно рассказывает.

Он создал много картин, но не превратил свой дом в картинную галерею. На стене висит всего одно его произведение — мальвы. «Их очень сложно рисовать. Этот цветок сразу же теряет красоту, если его сорвать. Он совсем не предназначен для букета... », — рассуждает Емец. Во дворе у него растут и мальвы, и ромашки, и майоры, и георгины, и бархатцы, и астры — все цветы, которые только можно встретить на сельском дворе. Но не только буйством красок поражает этот двор. Он скорее напоминает своеобразный луг. Будто цветы никто не сеял, а они сами выросли: где какому цветку понравилось, захотелось покрасоваться, там и произрос.

Итак, картинной галереи здесь нет. Чтобы увидеть работы Петра Захаровича, пришлось подниматься вместе с хозяевами на просторный чердак. Более уютного места я давно не видела. Вот сохнут травы: зверобой, ромашка, мята. Лежит небольшая копна сена, ароматного, хоть чай заваривай. А картины сложены у стоек крыши. Большинство — в рамах, сделанных умелыми руками самого Емца.

Рассматриваем картины. Вот эскизы, много эскизов, привезенных им из Закарпатья. Этот край Петр Захарович называет вторым родным, часто бывает там. И родным ему стало Закарпатье из-за отца, Захара Емца, погибшего в 1944-м, за несколько месяцев до рождения Петра.

Но прошло много лет, и на свет появился еще один Захар Емец. Он долго не выбирал имя сыну: одно, заветное было ему с детства дороже все. Давая сыну имя своего отца, Петр Захарович еще не знал, что через несколько лет все же исполнится его мечта и он наконец сможет поклониться отцовской могиле, потому что однажды получит долгожданное письмо от красных следопытов из Верховинского района Ивано-Франковской области.

Выставки его произведений, как правило, организуют в честь 9 Мая, потому что лучшее из того, что он создал, посвящается Святой Победе.

С тех пор, как осознал свое сиротство и радость жизни, ради которой погиб высоко в горах его отец, Петр Захарович все время возвращается к этой теме; его не покидает желание осмыслить эту полную трагизма и героизма страницу жизни советских людей.

Вот сельский мальчуган удит рыбу, и на лице его настоящий азарт рыбака. Сел он с удочкой... на крыле упавшего в плес реки самолета с фашистской свастикой, подбитого нашими зенитками.

А вот на этом полотне под названием «На Ивана Купала» изображена девушка с венком, улыбающаяся каким-то своим сокровенным мыслям. Здесь же, рядом, её автомат, а на девушке — изрядно поношенная гимнастерка. Далеко на другом берегу реки виднеются вражеские пушки...

— На Ивана Купала? А где же ночь?

— Ночью бы она не вышла на берег. Днем же пушки, с той и с другой стороны, не стреляли...

Еще одна картина... Это случилось с его родственниками. Свадьба ехала из одного района нашей области в другой. По дороге остановились в живописном месте. Вдруг кто-то заметил могилу с красной звездой.

Невеста тут же предложила:

— Давайте возложим здесь цветы.

Подошли. Вдруг лицо невесты стало белее, чем ее фата. На могиле высечено имя отца. Сколько разыскивали, куда ни писали — и вот такая встреча.

Мысли о несущей горе войне невеселы, но картины рассказывают о радости победы жизни над смертью. Кстати, единственный цвет, которого нет в палитре Емца, — черный. Совсем нет. Не прилипает к его кисти такая краска. А любимые тона: голубые, розовые, фиолетовые. Ими ему удается передать любое настроение...

Петр Захарович — человек, богатый на друзей. Вблизи того места, где он отдыхал (и много рисовал, конечно) проходит трасса газопровода Уренгой — Помары — Ужгород. Выбрал интересное место, расположился с мольбертом. Останавливается вдруг на отдых машина, и люди, с виду строители, подходят к нему. Мужчина — видимо, ровесник Емцу — обратился к нему с заметным акцентом, заинтересовался его работой. Обмолвился в разговоре Петр Захарович, что здесь, рядом, похоронен его отец ... Оказалось, собеседник Емца — немец, и его отец тоже погиб в той войне... Вот только могилы отца ему не найти...

— Мне легче, я могу поехать к отцу... — рассуждает Петр Захарович. — Нет ничего страшнее и глупее, чем война.

Кажется, лучше, чем его полотна, рассказать о Володарке  нельзя. Вот один и тот же уголок, возле школы. Художник изобразил его весной, когда роскошно изобиловала зелень, и зимой, когда выпал первый снег... И становится это место и тебе памятным, запоминающимся, особенным. Кроме того, жители Володарки  уверены, что именно у них речка Рось самая красивая. Когда смотришь на полотна Петра Емца — убеждаешься в этом.

У Нины Алексеевны, жены Петра Захаровича, тоже есть талант к рисованию, поэтому во многом помогает мужу и, пожалуй, как никто, понимает его картины.

— Больше всего он любит рисовать с натуры, — рассказывает. (Не потому ли в доме я увидела именно мальвы... Помните: «Это цветок, который нельзя срывать, моментально вянет»?).

Итак, я не могу четко разделить то, чем живет Петр Захарович Емец, и то, что он рисует. Может, именно поэтому встреча с ним одарила таким теплом и светом? Ему интересно самому все увидеть в жизни, в действии. Наполненный любовью и красотой, корнями своими он связан с родной землей, как та мальва, что не может без сада, в котором расцвела.

— Вы знаете, что существует 40 видов ромашки, и только один из них имеет лечебные свойства? Какой именно из этих? — спросил он, увидев меня на лавочке в его саду. И при этом не удивился, не спросил, почему это незнакомый ему человек здесь сидит. Он тогда приехал на велосипеде с лугов с охапкой ромашек, красками и мольбертом и сразу же начал рассказывать о красоте уже угасающего к тому времени дня.

Дочь, Наталья, тоже рисует. Но отец не спешит передавать ей свои секреты и собственное видение мира. Пусть рисует, видит по-своему, пусть, как и отец, щедро раздает свои рисунки. Только очень хотел бы он, чтобы дочь получила специальное образование — то, которого так и не удалось получить ему.

А сыну Захару больше нравится иметь дело с техникой или пропадать на реке с удочкой. Он —признанный авторитет среди ребят на их улице. Собрал, например, из металлолома велосипед — чтобы все катались. Утро начинается с того, что кто-то громко зовет Захара под окном. Радуется такой щедрости детей своих Петр Захарович — как художник и как человек.

В прошлом году впервые одиннадцать его картин были выставлены в Киеве, в Доме политпросвещения Киевских обкома и горкома Компартии Украины. Успех выставки окрылил. Теперь  у него появился другой замысел: создать цикл картин о хлебе — о том, что ему близко и дорого.

Л. Погребная.

Киев.

Газета «Молодая гвардия»,  август 1983 года.